Quelltext der Seite Die grundlegende moralische Technologie des „Goldenen Mittelwegs“/ru

[[Datei:Menschheitsrepräsentant Skulpturgruppe.jpg|mini|Христос как Представитель человечества между Люцифером и Ариманом - Скульптурная группа, Рудольф Штайнер, Эдит Марион]]

= '''Базовая моральная технология «Золотой середины»''' =
''Текст от 11.11.2016''

''Под редакцией Татьяны Цикры (tetyana.tsykra@gmail.com) от 15.07.2026''
 '''Р. Штайнер, GA 194, “Миссия Архангела Михаила”, 1 лекция:'''

 ''«Человеческая жизнь — это коромысло весов! Вот опора: с одной стороны — чаша весов с люциферическим элементом, толкающим ее вверх, с другой стороны — чаша весов с ариманическим элементом, тянущим вниз. '''Удерживать коромысло весов в равновесии и означает сущность человека.''' ... Мы имеем дело с тремя главными факторами в космическом бытии: это — люциферический элемент, представляющий одну из чаш весов, ариманический элемент, представляющий другую чашу весов, и состояние равновесия, которое представляет '''Импульс Христа'''»''

== Вступление ==
У Люцифера и Аримана не все является плохим, а есть и праведные пути. Можно даже более того сказать: изначально они выступили как неотъемлемые элементы всего эволюционного процесса. Если бы не было Люцифера и Аримана, то вообще не было бы эволюции. 

Благодаря Ариману в принципе стало возможным уплотнение чистейшего Духа и создание материи. И только благодаря созданию материального мира во всём духовном космосе возникает единственно возможный анклав, внутри которого создается пространство для свободы. 

Поэтому дело даже не в том, что Ариман может быть хоть чем-то полезен (так сказать, «с дурной овцы хоть шерсти клок»). Здесь все гораздо глубже. Ариман – это та мировая сила, которая участвует '''в построении космоса''' точно так же, как и Люцифер. Но разумеется, на разных этапах эволюции степень их участия различна. 

Представим себе, что Ариман — это великий архитектор, который создал то, что представляет собой земной материальный мир, – матрицу. Он и есть ''Великий архитектор матрицы''. 

Тогда, разумеется, поскольку он в некотором смысле ее '''творец''' (именно в некотором смысле, потому что Ариман всё равно не несет в себе изначального творческого импульса, ведь и сам сотворен более высоким Божественным началом), но '''в известных рамках, при определенных допущениях''', Ариман может пониматься, как творец этой матрицы. 

Ну и, разумеется, души, которые попадают в царство Аримана, воспринимаются им практически как его собственность. Ему кажется, что именно он лучше распорядится этими душами, что сможет дать им больше, что его царство лучше. 

Опять-таки, духовный мир и это '''попустил'''. Вернее, вначале духовный мир не просто попустил, а '''поручил Ариману построить эту матрицу''' — на первом большом этапе. На втором же большом этапе духовный мир уже не просто поручил (тут уже нельзя сказать, что духовный мир это поручил), но в какой-то мере '''допустил, чтобы Ариман выступил как искуситель и как возможный пленитель человеческих душ'''. Потому что души могут достичь свободы только в том случае, если они, во-первых, '''пройдут своё развитие''', а во-вторых, '''преодолеют свое искушение'''. И для первого, и для второго необходим Ариман. 

В первом случае Ариман выступает как '''препятствующая сила'''. Как мы прекрасно понимаем, только преодолевая препятствия, можно пройти путь развития. Если же находиться в благодатных, комфортных условиях, если, как говорится в детском стихотворении Сергея Михалкова «Про мимозу»:<blockquote>''Это кто накрыт в кровати''

''Одеялами на вате?''

''Кроме плюшек и пирожных'' 

''Ничего не хочет есть?''</blockquote>Если бы человечество вот так лежало в кровати (а в некотором смысле оно так и лежало до грехопадения), то, разумеется, никакое развитие было бы невозможно. 

Поэтому, во-первых, понадобился один Дух, который подошел бы к человечеству, сдернул бы его с этой кровати, и человечеству пришлось еще побороться, чтобы добыть хотя бы корочку хлеба, а не то что плюшки и пироженые. 

А во-вторых, выступает тот Дух, который уже пытается '''пленить человечество и дать ему те блага''', которые оно утратило, когда пребывало в духовном состоянии. Но, конечно, уже на материальный лад. 

Таким образом, Люцифер и Ариман — это два противодействующих друг другу Духа, направленных в разные стороны. Но участие каждого из них '''совершенно необходимо''' для эволюции человечества, и на самых разных стадиях каждый из них выполняет свою особую миссию.  

Сейчас, когда человечество вступает в решающую стадию становления Десятой иерархией и овладения свободой, задача Люцифера и Аримана — выступить как искусители и как препятствующие силы, по отношению к которым человек должен стать '''искушенным'''. Потому что свободы не может достичь неискушенный человек. По сути, '''его еще и нет'''. 

Не может достичь свободы и неразвитый человек —  человек, который не преодолел препятствия, не развил свои внутренние силы, которые находятся в состоянии зародыша, а не ставшие силами уже развитого существа. 

Это первое, что нужно понимать в отношении Люцифера и Аримана. 

Второе -  это то, что, хотя речь идет об их преодолении, тем не менее здесь уже речь идет '''не о силовом противостоянии'''. Силовое противостояние для человека всегда кончиться плачевно, потому что это иерархические существ. Они настолько же сильнее человека, насколько взрослый человек сильнее младенца. Человек настолько же беззащитен перед ними сам по себе, насколько младенец беззащитен перед озлобленным взрослым человеком. Настолько же, насколько были беззащитны перед царем Иродом младенцы, которых он приказал избивать. Поэтому речь здесь идет не о силовом противостоянии. Речь идет о чрезвычайно тонком, ''технично'' ''управляемом конфликте'' между ними самими.   

'''Управляемый конфликт''' — это один из высших разделов менеджмента. Здесь как раз открываются его духовные подосновы. Ведь Ариман и Люцифер сами находятся в противофазе: один приводит к материализации, другой — к дематериализации. Если же они “споются”, человечеству наступит конец, потому что тогда они станут вратами для окончательного, неисправимого зла, которое выгрызает человеческого Я, — для Азурического зла. 

Поэтому вопрос заключается в том, каким образом через управляемый конфликт между ними человек может действовать из положения середины. 

Здесь очень важным является ''образ Представителя человечества''. Рудольф Штайнер подчеркивает, что Представитель человечества побеждает Люцифера и Аримана не силой — ни своей собственной, ни силой своего Божественного величия. Он побеждает их самим своим положением — '''положением середины'''. Точно и мастерски занятое положение середины парализует и взаимно погашает Люцифера и Аримана. 

Вот здесь речь идет о каком-то высоком мастерстве Представителя человечества, о Его '''технике'''. Это и есть, в общем-то, ''базовая моральная техника'', которую Представитель человечества хотел бы передать каждому человеку. 

Именно в рамках этой темы можно было бы сказать, что это не просто высокий идеал того, что делает Представитель человечества в космосе. Это то, что должно быть передано каждому человеку. Поэтому оно должно быть осознанно, осмысленно. И эта высокая техника как идеал, как высший Божественный идеал, должна быть '''осмыслена''' человеком уже как метод, как ''моральный метод''. 

Так '''моральная техника''', будучи осмысленной, становится '''моральным методом'''. 

Ну и затем, когда достаточное количество людей станет культивировать этот метод, который поначалу выступает для человечества как '''культ''', и создается достаточное количество прецедентов его применения, тогда на Земле возникнет моральное пространство, в котором этот культ станет нормальным. Он перестанет быть чем-то чрезвычайным, из ряда вон выходящим, а станет нормальным социальным явлением и начнёт самовоспроизводиться. 

Тогда всё большее количество людей смогут овладеть этим культом, и, как сказано в духовной науке, в течении ближайших 2500 лет всё большее количество людей переживут ''явление Христа в эфирном''. 

И тогда это станет уже не просто отдельным культивируемым культом, а общечеловеческой культурой. То, что было вначале техникой Представителя человечества и методом для отдельных Его учеников, станет уже ''технологией'', то есть самовоспроизводящимся методом, который начнет свое стремительное шествие от человека к человеку. 

Это и будет '''базовая моральная технология''' — то, каким образом любой человек в своей личной жизни и в своем ближайшем социальным окружении сможет уравновешивать Люцифера и Аримана. 

Это и есть прямое предназначение каждого человека — не устраивать какие-то социальные революции, акции протеста, какую-либо внешнюю борьбу, но при помощи такого, можно сказать, социального искусства (в этом и заключается его истинный смысл) - '''никогда не попадать между молотом и наковальней'''. 

То есть, всегда, во всех ситуациях, '''во всех бедах и несчастьях''', в какие попадает человек, есть '''две стороны'''. Это не всегда очевидно, далеко не всегда. Но тем не менее, при более глубоком взгляде всегда можно увидеть две противодействующие силы. Всегда что-то выступает как ''молот'' — то, что  непосредственно атакует человека, а что-то выступает как ''наковальня''. Человек, который пытается внешне бороться с чем-то, неизбежно попадает между молотом и наковальней и в результате терпит поражения. 

Как бы невероятным это ни казалось, но в любой, даже самой ужасной, самой опасной ситуации всегда есть такое положение середины, при котором молот и наковальня ударяют друг об друга, а человек успевает убрать оттуда свои пальцы — или голову. И тогда практически без всякой борьбы, без каких-либо потерь происходит уравновешивание и снятие проблемной ситуации. 

В этом и заключается задача человека в наше индустриальное время— не просто как-то выпутываться из все более сложных ситуаций. Ведь если человек будет лишь выпутываться, то из одних ситуаций он выберется, а в других будет запутываться все сильнее. Если он станет рубить головы дракону, их вырастет еще больше. Поэтому ни в коем случае '''нельзя сопротивляться злу насилием''', '''нельзя одним злом противостоять другому злу'''. Это было бы величайшей ошибкой, потому что Люцифер и Ариман только того и ждут — чтобы человек принял сторону одного из них. 

Именно поэтому вся политическая борьба, разворачивающаяся на государственно-правовом уровне, где совершенно искусственно создается множество политических партий, призывает человека к активному выбору, создавая, прежде всего '''иллюзию свободы'''.

Нам кажется, что мы живем в свободной стране. Когда-то существовала одна-единственная коммунистическая партия. У человека не было выбора. Он мог, конечно, не вступать в партию, его могли и не принять, но открыто противостоять ей он не мог и не смел. 

А сейчас создана такая иллюзия свободы, при которой можно одну партию любить, а другую ненавидеть — и это считается нормальным. Когда-то тебя могли посадить в тюрьму за то, что ты ненавидел коммунизм, а сейчас это совершенно нормально. 

Но только этого и ждут Люцифер и Ариман: чтобы человек что-то принял из внешнего мира и против чего-то выступил, не понимая, что это две руки одного кукловода. Это два щупальца одной гидры. Две головы одного дракона. 

Поэтому только лишь из положения середины и '''силой''' самого положения середины можно всё глубже и глубже постигать, что такое положение середины, и постигать, что само положение является самой большой силой во Вселенной, а не какая-то сила, потому что Бог отказался от силы. 

Можно так это выразить в виде притчи: Господь Бог отказался от двух своих базовых качеств: от всемогущества и всеведения. Всемогущество Он подарил Ариману, а всеведение — Люциферу, для того чтобы действительно Ариман стал всемогущим, а Люцифер — всеведущим.  Спрашивается: как же ничтожное человечество может противостоять одному всемогущему, а другому всеведующему (всезнающему)? Как? Они же просто сотрут его в порошок, если бы он попал между молотом и наковальней! 

А вот так: за собой Господь Бог сохранил вот эту святую золотую середину, в которой два супостата, которые обладают бывшими божественными преимуществами, абсолютными преимуществами, тем не менее в этой точке друг друга аннигилируют, полностью взаимно уничтожают. 

По-видимому, это основа вообще всяческих моральных технологий, потому что по своему происхождению, по своему смыслу моральная технология, генетически вырастающая из моральной техники, — это возможность такого созидания мира в полученной моральной фантазии, при котором не разрушается изначальная Божественная органика мира. 

'''Как переводить мир к лучшему в направлении высших целей Богов и при этом не разрушать их замысел?''' Вот в этом и заключается моральная техника. А моральная техника, становясь достижением значительного количества людей и самовоспроизводясь, становится моральной технологией. 

В основе всего этого лежит '''понимание золотой Божественной середины''', в которой взаимно погашаются супостаты, то есть противоборствующие и разрушительные силы. Не борьба с ними, а тончайшее, '''филигранное движение души''' приводит к тому, что происходит взаимное погашение тех сил, с которыми иначе человеку пришлось бы бороться и бесславно погибнуть в неправедной битве.

Так можно более развёрнуто говорить о том, что Люцифер и Ариман сами по себе правомерно допущены ''Высшим мировым водительством''. Поэтому, исходя из основного ''Михаэлического настроения'', мы должны относиться к ним правильно: без робости, без страха и ужаса; не сдаваться, но и не бросаться на них в лобовую борьбу, а действовать '''морально-технически'''.

== Метод “Золотой середины” ==
Теперь вернемся к вопросу о том, как конкретно может '''осуществиться''' эта базовая моральная технология. Как можно в самых сложных, а порой и безвыходных ситуациях ее осуществить? Каким образом не сопротивляться прямому злу, которое идет на нас, чтобы не пасть бесславно в борьбе с ним? Как технично занять это положение Представителя человечества, в котором зло само себя погашает? 

Именно это и показано в ''Скульптурной группе'', где Ариман пронизывается золотыми нитями, идущими из Земли. <blockquote>''«Там царь Кащей над златом чахнет…»''  </blockquote>Гениальной поэтической интуицией обладал А. С. Пушкин. Он был воплощенным ''гением русского языка''. Это был не просто гениальный поэт. Как показывает духовная наука, это было воплощение иерархического существа. И ему открылось в этом удивительном образе как раз то, что и Рудольф Штайнер показал в Скульптурной группе: как Ариман приковывается к Земле золотыми нитями и как Люцифер опрокидывается не силой Представителя человечества. Представитель человечества не сбивает его — как если бы кто-то взял палку и нагло сбил с забора какого-нибудь цветистого попугая или павлина. Нет. Люцифер сам себя обламывает и сам сбрасывает себя со своей головокружительной высоты. И, фактически, происходит уравновешивание между ними. 

Через Представителя человечества Ариман сбрасывает Люцифера, а Люцифер приковывает Аримана, так что оба они взаимно погашаются. 

Как это практически делать в реальных жизненных ситуациях? 

До технологии здесь, конечно, далеко. Пока речь идет о том, чтобы возник метод. Если мы обобщим огромный опыт, то мы этот метод можем вычленить. 

===== Первый шаг. =====
Человек должен '''выйти в рефлексию'''. Потому что когда происходит что-то ужасное, разумеется, к горлу подкатывает ком отчаяния, глаза затуманиваются слезами, душа уходит в пятки, ноги тяжелеют. И, конечно, в таком состоянии человек либо впадает в оцепенение, либо же делает какие-то резкие, но губительные движения. 

Значит, не ариманическое оцепенение кролика перед удавом и не люциферическая прыть, ни то, ни другое не должно захватить человека. Человек должен '''выйти из того места, куда направлен удар ситуации'''. То есть, пока заметим, что речь идет не о том, что мы смотрим вовне и находим там супостатов. Поначалу супостаты проявляется внутри. В любом случае супостаты живут в душе человека. 

Поэтому, когда мы говорим о люциферической прыти и ариманическом оцепенении кролика перед удавом, то речь идет не о каких-то  внешних персонажах, не о врагах, не об убийственных или раздражающих факторах внешней ситуации. Речь идет о '''базовых душевных силах''', о базовых поведенческих стереотипах, о том, как ведут себя люди в минуты большой опасности. 

И прежде всего не поддаться ни тому ни другому, а выйти в рефлексивное положение: '''увидеть себя со стороны, увидеть себя сверху, выйти из-под удара'''.

Как сказано в одном глубокомысленном детском мультфильме «Пластилиновая ворона»: <blockquote>''«Не стойте и не прыгайте,'' 

''не пойте, не пляшите,''

''там, где идет строительство'' 

''или подвешен груз…»''</blockquote>«Не стой под стрелой» — написано на стройке. '''Стоять под стрелой''' — это значит остаться внутри ситуации и пытаться в ней что-то делать. 

Разумеется, что управление любой системой, да и вообще любое управление, с точки зрения положений теории системы, возможно только за пределами системы. Для того, чтобы управлять любой системой, нужно '''выйти из системы''', нужно выйти из нее, нужно выйти на ''мета-уровень'', на уровень метасистемы. Практически это и означает выйти в рефлексию: увидеть со стороны прежде всего самого себя, свои внутренние порывы, достичь хотя бы первоначального успокоения, а затем и полностью овладеть ''Михаэлическим настроением''. 

Это можно считать первым пунктом: выйти в рефлексию.

===== Второй шаг. =====
Нужно осознать: что бы ни произошло, чтобы сейчас ни угрожало, никакой паникой, никаким страхом, никаким ужасом невозможно будет как-то улучшить ситуацию. Для того, чтобы улучшить ситуацию, необходимо абсолютное спокойствие, глубокое понимание того, что все происходящее, попущено Высшим провидением, что оно совершенно необходимо и для моего развития, и для эволюции человечества. 

Как только человек перестает думать: «Что это за напасть со мной происходит? Почему именно мне так не повезло?», с этого момента действие роковых сил приостанавливается. Нельзя сказать, что этим всё решается. Разумеется, что есть инерция ситуации. Это не значит, что сразу становится намного легче. Но можно с уверенностью сказать, что действие роковых сил приостанавливается, что с этого момента непоправимое уже не произойдет. 

Это второй важный пункт, которого мы достигаем после рефлексии – '''Михаэлическое настроение''', предание себя мудрости Мирового водительства. Фактически, '''с этого момента мы становимся''' воинами, ратниками Михаэлического воинства, становимся '''учениками Архангела Михаэля''', который учит нас, как правильно нести '''духовную борьбу'''. С этого момента битва обретает чисто духовный характер. 
 '''Молитва преданности (Базовое Михаэлическое настроение). Р. Штайнер, GA 58:'''

 "Что бы ни пришло, что бы ни принес мне наступающий час, никакой страх не может смягчить, облегчить неизвестное. Грядущее я ожидаю в совершеннейшем внутреннем покое с глубочайшей тишиной в сердце. 
 Страх, опасения парализуют наше развитие. Волны страха отбрасывают поддержку, которая уже стремится в наши души из Будущего. Преданность тому, что называют Божественной мудростью происходящего, уверенность в необходимости свершающихся событий, в их так или иначе благом воздействии, – все это, выраженное в словах, ощущениях и идеях, составляет настроение МОЛИТВЫ ПРЕДАННОСТИ. 
 Мы должны искоренить в наших душах страх и ужас перед тем, что выступает нам навстречу из Будущего. Необходимо усвоить себе невозмутимость ко всем чувствам и ощущениям, и, пребывая в полном душевном равновесии, ожидать грядущее, каким бы оно ни было, – ибо оно суждено нам исполненным мудрости Мировым Водительством. 
 Это то, чему человек должен сегодня научиться: строить жизнь, исходя из чистого доверия к непрестанной помощи Духовного Мира. Воистину, это то единственное, что сегодня еще может помочь нам, и поможет, если мужеству не суждено исчезнуть. Будем же воспитывать и утверждать нашу волю: каждое утро и каждый вечер стремиться к внутреннему пробуждению".

===== '''Третий шаг.''' =====
Когда мы достигли высоты видения благодаря рефлексии и спокойствия благодаря Михаэлическому настроению и предания себя в руки мирового водительства, мы можем сделать третий шаг – '''обозреть''' уже оттуда, с высоты, '''свою проблемную ситуацию''' и увидеть теперь '''в новом качестве''', в новом ракурсе '''те факторы уже внешней ситуации''' (заметим, до сих пор мы работали только с внутренними факторами), '''которые привели нас в такое смятение и отчаяние.''' 

Итого, третим шагом может быть '''созерцание факторов внешней ситуации'''. 

===== Четвертый шаг. =====
В четвертом шаге мы делаем самое главное — мы производим '''идентификацию'''. Здесь очень важно понять, что, по большому счёту, в ситуации действуют две большие силы. Факторов, конечно, может быть много, но, по большому счету, есть две силы - Люциферическая и Ариманическая. Поэтому в четвертом пункте мы делаем идентификацию: '''какие враждебные факторы принадлежат Люциферическим силам, а какие —  Ариманическим.''' 

===== Пятый шаг. =====
С каждым пунктом появляется всё большее спокойствие, всё большее присутствие Духа, всё большая уверенность, как сказано в «Молитве преданности», в их благом воздействии. И тогда, в пятом пункте, мы '''направляем свой взор на самые зловещие силы'''. То есть, в каждой ситуации всегда присутствует, так сказать, «добрый и злой полицейский». Но добрый — он совсем не добрый, он всё равно полицейский. Все то, что скрывается за маской добра — это на самом деле Люцифер, а то, что кажется злом — это зло более высокого порядка, это Ариман.  

Вот в пятом пункте мы направляем свой взор на злые силы и '''осознаём их природу и их намерения''': почему они правомерно выступили, почему они выступили с космической необходимостью в этой конкретной ситуации. Или, попросту говоря, почему это хорошо? Почему хорошо, что они пришли? И наоборот, было бы очень плохо, гораздо хуже, если бы они как раз и не пришли. 

Часто это кажется совершенно немыслимым. Да что же тут может быть хорошего? Это же ужас какой-то! Но, тем не менее, как раз именно это хорошо, как ни странно. 

Кто много раз практиковал эту технику, тот переживал это состояние, как самое зловещее, потому что сразу же есть опасность превратиться в дрессированного кролика. 

====== ''Отнесение участника:'' ======
<blockquote>''Самое сложное — это внутреннее волевое усилие. То есть то, что тебе запечатлевается как плохое. Нужно усилием воли выйти в рефлексию, что в данную секунду очень сложно, успокоиться, а потом волевым усилием пройти все эти шаги.''

''Тут важно вспомнить, что именно ты запланировал эту ситуацию ещё до рождения, что она необходима тебе для твоего развития и что в ней есть благое воздействие. Но это благое может стать благим только в том случае, если ты его познаешь. Если же ты поверишь в то, что происходящее — это плохое, тогда оно и становится плохим, а то благое, которое в нём содержится, тут же улетучивается, испаряется, как дух. Это ведь то, что нельзя пощупать.''

''Всё зависит от внутреннего состояния души, от того, сможешь ли ты пережить происходящее как благое и допустить, что оно действительно является благим. Усилием воли ты преодолеваешь тяжесть осознания того, что это благое, и тогда можешь сделать следующий шаг — расшифровать, как сделать его благим, как правильно пережить эту ситуацию, чтобы благое действительно наступило. Потому что сама ситуация ещё не отпускает. В этот момент она только подступает.''

''Я рассказываю только о внутренних чувствах и тех шагах, которые необходимо сделать, чтобы к этому прийти.''

''Всё само собой не произойдёт, даже если ты будешь знать, что это благое. Самое сложное — в это поверить, потому что внешне ты настроен совершенно противоположным образом. Вот здесь и пробуждается настоящая человеческая воля. Она освобождается от Аримана и Люцифера.''

''То есть человек как бы стягивает к себе ту волю, которую уже захватили Ариман и Люцифер и которой удерживают человека на растяжках. Либо туда, либо сюда. Либо в одну крайность упадёшь, либо в другую. А вот собрать этот волевой импульс в себе и уже этим волевым импульсом преобразовывать внешнее через своё внутреннее состояние — это и есть задача.''

''Расшифровать же, почему хорошо, что эта ситуация пришла, — это уже следующий, ещё более сложный шаг.''</blockquote>Конечно, это самый сложный вопрос: '''а что же тут хорошего?''' Что может быть хорошего, когда с тобой происходит что-то ужасное? Но именно через ответ на этот вопрос мы ужасное действительно превращаем в хорошее и тем самым останавливаем ужасное. Если же мы не ответим на этот вопрос, тогда действительно произойдет что-то ужасное. 

Заметим, что это не самовнушение, не какие-то психологические примочки, когда человек просто засовывает голову в песок, чтобы не видеть плохого, и внушает себе, что все хорошо, или что-то подобное. Это  '''реальное''' '''познание сущности зла''' и той '''Божественной основы''', которая действует в мире.

В пятом пункте мы познаём, '''почему то злое''', что приходит через непосредственное действие злых сил, '''является совершенно необходимым в данной ситуации'''. Не просто для всего мирового развития, если говорить вцелом, а именно в этой конкретной ситуации. Ведь зло вошло именно в эту конкретную ситуацию. Это же не весь Ариман вошел, а лишь какой-то импульс от Аримана, и не в весь мир, а именно в эту ситуацию. Почему именно здесь это хорошо? 

===== Шестой шаг. =====
Затем мы поворачиваем свой взгляд в противоположную сторону: '''на какую беду в нём был направлен этот удар'''. Не совать пальцы между молотом и наковальней, а понять, что именно там произошло. 

И то же самое: '''какие недостатки в себе должны быть искоренены через этот удар''', которые, в общем-то, и спровоцировали этот удар?

Можно сказать, что какая-то рана провоцирует возникновение инфекции, хотя внутри самой раны (пореза) инфекции еще нет. То есть, с одной стороны есть внешняя инфекция, а с другой стороны — есть порез, который должен быть заживлен и вскрыт. Порез — это сама по себе рана, а инфекция – это то, что проникает в рану. 

===== Седьмой шаг. =====
И когда становится понятно то, что сделано в пятом и шестом пунктах, тогда в седьмом пункте совершаются '''решающие действия''' и '''происходит их взаимное погашение.''' 

Благодаря пятому и шестому пунктам можно действительно занять золотую середину и из этого положения середины одновременно переживать и то и другое во взаимопогашающем действии.

Теперь, когда мы записали семь пунктов, можно сказать, что эта '''моральная техника «Золотой середины»''' превращается в '''метод'''. А если этот метод будет культивироваться и создавать множество прецедентов, то придёт время, когда он станет '''моральной технологией'''.

== '''Дидактический материал''' ==
''Р. Штайнер, GA 157, “Судьбы людей и судьбы народов”, 12 лекция,  10 июня 1915:''
 “...Существует живописное изображение всего мотива относительно этого скульптурного образования; можно видеть их рядом друг с другом и видеть, что вследствие отличия живописи как искусства, изображение не может быть дано тем же самым образом; в случае художественного оформления всё должен быть иным.

 Что мне хочется подчеркнуть, так это следующее; было бы весьма существенно, чтобы мы скульптурно проследили движения руки центральной фигуры; это движение вверх левой руки и движение вниз другой руки. Ведь каждому на первый взгляд может показаться само собой разумеющимся, что главная фигура протягивает левую руку вверх, в сторону Люцифера и своими излучениями ломает Люциферу крылья, правой же обвивает Аримана золотыми жилами; от такой трактовки надо отказаться по той причине, что мы только посредством духовной науки стали действительно понимать Христа. Христос не является ни ненавидящим, ни несправедливо любящим. Он не простирает руку, чтобы сломать крылья Люциферу; нет, Христос - Тот, Кто простирает руку, поскольку должен делать это, исходя из своей внутренней сущности. Он не ломает крылья Люциферу, но Люцифер вверху не выносит того, что излучает рука и сам себе ломает крылья. Вот почему в фигуре Люцифера должно быть выражено то, что не Христос ломает ему крылья, но что он сам себе ломает крылья. В жизни часто случается, что люди, которые живут в окружении добрых людей, не могут вынести этого, поскольку чувствуют неудобство от того, что исходит от добрых людей. Люцифер чувствует внутри себя нечто, обусловливающее то, что он сам себе ломает крылья. Это самопознание в Люцифере, его самоощущение. Точно также обстоит и с Ариманом. Христос не делает обоим ничего, так что как левая, так и правая рука не простёрты так, как если бы Он что-либо делал Люциферу или Ариману. Он ничего не делает им, но, то, что с ними происходит, они делают себе сами.”